Category: космос

Category was added automatically. Read all entries about "космос".

archer

(no subject)

Калуга - город контрастов. От покосившихся и почерневших душераздирающе заброшенных старых деревянных домишек, где, однако, каким-то чудом умудряются жить люди (автомобильный навигатор нас сначала завел на какие-то задворки, и, право слово, я уже очень давно не чувствовала себя настолько сильно зажравшейся московской хипстотой), через аккуратные сталинки с эркерами и расписные, точно полотенечки, хрущевки - к уютным провинциальным купеческим лабазам XIX века - и - совсем уж контрастно - футуристическому блеску музея истории космонавтики. Музей там правда офигенный, мы зависли в нем часа на три, не меньше. Там была очень красивая фотовыставка космонавта Сергея Рязанского, снимки Земли из космоса, с эффектом объема, выглядели просто завораживающе. Там был макет космодрома "Байконур", интерактивный. И еще много всяких интересностей. Например, я теперь знаю, что для подопытных перепелов на станции "Мир" пришлось шить скафандры с магнитными лапками. Иначе они не могли даже есть - так их дезориентировала невесомость.
Ну и само пространство музея, особенно нового корпуса, само по себе может считаться экспонатом. Арт-объектом, символизирующим то ли мечты о светлом будущем, то ли тоску по славному прошлому, из которого это самое будущее виделось как-то более приближенно.



Collapse )

И немного просто города. Начну со страшного.

Collapse )


Речные просторы.

Под конец нашей прогулки (превратившейся в итоге в бодрое шлепанье по щиколотку в воде) мы решили привезти млим родителям гостинец. В роли гостинца выступил здоровенный торт-"наполеон", который мы обрели в маленькой подвальной кондитерской, заполнявшей, однако, целую улицу восхитительным сдобным духом. Торт тоже оказался вполне восхитительный, но вот беда - не могу теперь вспомнить ни адреса, ни названия чудесного места. А ведь там еще были фруктовые тарталетки и эклеры, мы их дегустацию отложили на будущий приезд...
archer

Хорошее

все поначалу считалось просто, орбита мчалась, неслись секунды,
собака Лайка смотрела в космос, и он собаке казался чудом.
был безграничен и беспощаден, как волчья песня, что встала в глотке,
и мир нагрелся и стал вращаться - такой размытый и очень четкий.

метались вихри, менялись флаги, дрожали звездочки на ресницах,
прости нас, глупых, товарищ Лайка, нам так же страшно и безгранично,
нам так же странно - перед огромным, где солнце - ветер, а ветер - пламя,
потоки рома, пророки грома не отменяют собачью память.

но пёсья память, кошачья клятва и лошадиная вера в крылья
важнее стягов, что тают в слякоть, важнее права казаться сильным.
лохматый космос запутал звезды в пушистой шерсти, в огромных лапах,
уже не будет по-детски просто, а только медленно и по капле.

орбита - обруч, прекрасный, пёстрый: носиться можно, мотаться мордой,
из Гончих Псов забегают сёстры, собака Лайка на Землю смотрит.
ей интересно и непонятно - вот почесали бы за ушами?
бежит собака и охраняет свой синий мячик, прыгучий шарик.

(с)wolfox
кицунэ  метла

...Долгий, как жизнь, путь

Посмотрела "Время первых", мне очень понравилось. Вообще в кинотеатр надо было бы пойти с отцом - он, в отличие от меня, сильно в теме космоса и мог бы лучше прокомментировать, насколько рассказанная в фильме история соотносится с реальными событиями. Ну, даже если "Время первых" и не отражает в точности тогдашние реалии, то, во всяком случае, рассказывает прекрасную легенду "на основе". Это история о самом невезучем, пожалуй, из всех космических полетов в истории (если, конечно, считать те, которые все-таки удалось завершить до конца). Космонавтам Алексею Леонову и Павлу Беляеву выпало лететь на откровенно "сыром", неподготовленном аппарате. Из летописи проблем, с которыми им пришлось столкнуться в рейсе, можно было бы с легкостью сваять проходную чернушную картину о государстве-монстре, ради очередного приза в холодной войне посылающем людей на отчаянный риск. Но получилось лучше - получилась крепкая драма о людях в схватке за небо, где действительные просчеты и упущения не лакируются, но отступают на второй план, а на первом - человеческое мужество, терпение и великая цель, ради которой рискуют своей головой и Беляев, и Леонов, и Королев. Collapse )



АПД. Вот тут http://lozga.livejournal.com/144362.html можно обрести интересный разбор фильма "Время первых" с т.з. исторической и технической достоверности. Стоит почитать, чтобы узнать, "как оно взаправду". Но, как я уже писала выше, жанр легенды вполне имеет право на существование, а художественная правда - отличаться от фактологии.
кицунэ  метла

(no subject)

И в этот момент я увидел Вселенную. Масштаб поражал. Цвета тоже. Ошеломляло несоответствие: я внутри маленькой коробочки, здесь — как такое возможно?

Единственное, что я смог произнести, — «Вау!». Только вот так, растянуто: «Вввааааааууу!» При этом мои мысли бежали очень быстро. Я пытался понять и четко сформулировать для себя, что же я вижу, пытался найти аналогии этому неповторимому опыту. Я думаю, это похоже вот на что. Как будто ты полностью поглощен мойкой оконных стекол, а потом оборачиваешься через плечо и понимаешь, что ты висишь у стены Empire State Building[2], а внизу вокруг тебя растянулся оживленный Манхэттен. Конечно, я понимал, что отважился выйти в открытый космос, и тем не менее открывшийся вид глубоко поразил меня. В скафандре вы не осознаете вкус, запах, тактильные ощущения. Единственные звуки, которые вы слышите, — это звук вашего дыхания, ну и еще через наушники звук отдаленных голосов. Вы в изолированном пузыре, отрезаны от мира, и тут вы отрываетесь от своего задания, и Вселенная грубо отвешивает вам пощечину. Зрелище всепоглощающее, и никакое чувство не предупредило вас о том, что вы будете атакованы этой естественной красотой.


(c) Крис Хэдфилд

Я люблю книги об интересных людях. Об интересных местах тоже. А еще я очень люблю вдохновляющие книги. А еще больше я люблю, когда все три пункта соединяются под одной обложкой. Книга Криса Хэдфилда "Руководство астронавта по жизни на Земле" - тот самый случай.
Collapse )
кицунэ  метла

(no subject)

У Макса Фрая есть милый рассказ "Птицы и соль". В нем главная героиня формулирует отношение к празднику Пасхи, близкое к моему. Если вкратце: религиозным можешь ты не быть, но любой повод хорош, чтобы порадовать окружающих людей и порадоваться самому - если не Воскресению, так хоть долгожданному весеннему обновлению небес и дорог - ежегодному чуду рождения пахнущего клейкими листочками и теплой пылью мира.
По случаю же дня космонавтики я - впервые за всю жизнь - сходила с семейством в планетарий. И знаете, это, конечно, смешно и наивно, но когда в выгнутом потолке небольшого зала хитроумный проектор внезапно распахивает настоящее окно в мерцающую сотнями огней бесконечно притягательную бездну, об искусственности которой забываешь на второй, что ли, минуте... когда над оторопевшей твоей головою начинают громоздиться - как в самые ясные августовские ночи - многоэтажные сияющие миры, невероятно огромные, но в то же время таинственно сопричастные твоей маленькой жизни...когда осознаешь, что веками и тысячелетиями твои предки отрывали взгляд от полной забот и опасности земли и устремляли его в бархатисто-черные складки небесного покрова, давали имена скоплениям звезд, узнавая их, как старых приятелей, ориентировали по ним морские флотилии и пустынные караваны, приурочивали пахоту и сев к движениям космических тел... когда понимаешь, что еще задолго до твоего рождения те частицы, которые затем стали тобою, пульсировали в едином ритме с огромным сердцем Вселенной...тогда все тревоги внезапно отступают и, чувствуя себя странно утешенным и защищенным, точно в кармане доброго великана, четко понимаешь, что само твое существование доказывает, что кому-то или чему-то в этой вселенской бездне ты нужен, ты сопричастен всем ее непостижимым тайнам и законам и включен в механизм небесного хронометра. И это, безусловно, то, что стоит отпраздновать. Опять таки вне зависимости от религиозных убеждений.
кицунэ  метла

Ученическое и жизненное

Из впечатлений последней тренировки по технике бокса: когда тебя загоняют к стенке и начинают интенсивно обрабатывать тычками кулаков, мозгу плевать, что это делается в треть силы и никто калечить тебя точно не будет. Мозг начинает орать:"Хозяйка, трындец! Мы все умре-ом!" Какое-то древнее инстинктивное ощущение западни. Очень интересный опыт.

На занятии по английскому учительница велит транскрибировать записанные новые слова. Морщась (не люблю транскрипцию), принимаюсь за дело. Спустя полминуты слышу деликатное покашливание: "Вообще-то я имела в виду транскрипцию английских слов..." Оказывается, я машинально начала записывать транскрипцию русского перевода - так, как это вбивали в меня в альма-матер. Что значит условный рефлекс!

Вчера сходила на "Интерстеллар", хотя долго не решалась совершить подвиг трехчасового сидения в кинозале. Однако ж не жалею и всем рекомендую. Красивая и страшноватая сказка - страшноватая прежде всего тем, что, положим, всякие космические чудеса и парадоксы времени я представить себе в качестве нашего будущего могу с трудом, а вот истощенную, умирающую в результате человеческого хищничества Землю - запросто. Собственно, это уже и представлять-то не надо, все можно наблюдать в режиме реального времени. Ну, это я так мрачно описываю, на самом деле фильм хороший, не "чернуха", а очень хорошая притча о судьбе человечества, непростом жизненном выборе и вечном вопросе о цели и средствах, о надежде и любви, притом все это - на концентрированном экстракте всей классики космической фантастики. И прекрасно снятый Космос.
archer

Утренний пост

Программы автонабора текста на современных мобильных устройствах - это неиссякаемый источник позитива. Продираешь вот глаза в рассветной полумгле, смотришь на экранчик своего мобильника, а там СМСка: "Доброе кто, раб!" Утро начинается с интеллектуального усилия по дешифровке и полуминутного ржача.
...
Приснился дивный сон, в духе, наверное, Хайнлайна и прочих фантастов старой школы. Снилась мне - я. Точно такая же, только в немножко другом мире. В этом мире я все еще училась на последнем курсе альма-матер, пописывала диплом и планировала дальнейшее трудоустройство и замужество. Но главное - в этом мире уже совершались первые межпланетные перелеты, и в частности, готовилась первая экспедиция на Марс с высадкой людей и дальнейшим строительством первых поселков, опорных пунктов и прочей инфраструктуры. И поскольку людей для освоения и окультуривания Красной планеты требуется много, и самых разных, проводится масштабный конкурс - будущих "марсиан" отбирают по критериям хорошего физического и психического здоровья, интеллектуальному соответствию поставленным задачам, полезному образованию (конечно же, преимущество у технарей и естественников). И я посылаю свою анкету - просто так, прикола ради. Потом меня вызывают в какой-то ультрасовременный офис, находящийся в Главном управлении полетами - это такое красивое здание в виде зеркальной полусферы, прямиком из советских фильмов о будущем. Там меня прогоняют через какие-то нудные тесты, типа посмотрите вот на эти три скачущих на экране шарика и т.д. Записывают мои данные в огромный компьютер, похожий на старые ЭВМ, я такие только на фотографиях видела. И я ухожу, покупаю себе мороженку в парке и тут же выкидываю все это из головы - ежику понятно, что никуда меня не возьмут, я и там, в параллельной вселенной, сильноблизорукая с не очень хорошим здоровьем и гуманитарным образованием, "таких не берут в космонавты", а уж в межпланетчики тем паче.
Следующий кадр - это как я сижу в своей комнате за компом, настукиваю какой-то реферат для института, и тут вижу значок пришедшего сообщения. Разворачиваю - а там: "Вы приняты в программу...". Мол, чем-то я очень подошла по психологическим параметрам, так что на мои очки и сугубо гуманитарное образование комиссия готова закрыть глаза. И застываю я - та параллельная я - в полной прострации и шоке. Потому что у тамошней меня - налаженная жизнь, полгода до диплома, работу искать надо, замуж, опять же, любимый зовет... И вдруг такая альтернатива - путешествие в неизвестность, в чужой мир, новые совершенно люди, новые обязанности... и самое невероятное приключение в жизни! Так велико было чувство растерянности, что я аж проснулась - и не сразу сообразила, что ни на какой Марс меня на самом деле не зовут.) Вот нефиг Ефремова перечитывать на ночь. А все же жаль, не узнала, что предпочла та сновиденческая "я". Надеюсь, у нее хватило пороху выбрать Марс.

Картиночка в тему:9dX7CwevBZI
кицунэ  метла

(no subject)

Осень начинается с воздуха. Особая, сладковатая, мятная прохлада оседает на лице вместе с капельками утреннего тумана. А потом встает солнце и выковывает первые золотники в еще зеленых кронах деревьев. В буйной изумрудной шевелюре девичьего винограда уже мелькают первые алые нити. Еще по-летнему наполняет густую траву трескотня кузнечиков, но уже не пройдешься по ней босиком - земля остывает, земля умеряет движение соков, утихомиривается ее потаенная жизнь. Прозрачней горизонт и выше небо, и странное очарование бесприютности и нежной грусти. Каждую осень я физически ощущаю бесконечность пути - того пути, который проделывает наша планета в космической бездне - от года к году, от одного миллиона лет к другому, точно гигантский корабль в море холодного равнодушного звездного блеска. Все мы - всего лишь временные пассажиры, без права продления билета, и, Боже мой, как это тревожно и одновременно успокоительно.
Еще сияет алмазными каплями роса на выгнувшейся, точно парус, трепещущей паутинке, еще падает в траву яблоко с крепким жизнеутверждающим стуком - увесистый слиток сгустившегося солнечного тепла, воплощение лета, вобравшее в себя и июльский раскаленный зной, и прохладу стремительных дождевых капель, еще выбирается погреться на нагретые доски у сарая юркая узорчатая ящерка, но уже на всем - отпечаток хрупкости, временности, недолговечности. Странное, тоскливое, будоражащее время. Время странников, время перелетных птиц и беспокойных душ, время летучих бессониц и снов наяву. Любимое время.
Collapse )
кицунэ  метла

Понравилось

Оригинал взят у wolfox в "я здесь уже был - в этих темно-вишневых лесах, в расписных небесах" (с)
Эксперимент. Ибо без привычного четкого ритма; но история туда совершенно не хотела укладываться.
И еще эксперимент по той причине, что обычно под стихами я не пишу пояснений вроде "Москва-Париж, 2012 год", по-моему, они почти везде лишние; но тут четко напрашивалось: Гирне - Саламис - Бафра - Гирне, Кипр.


Над разрушенным городом небо вздыбилось сухим горбом,
Старые стены долгим теплом отзываются под руками.
У Хлои "Кодак", очки и рюкзак - обычный туристский набор,
Она отстала от группы, потому что трогала камни.

"Как же так," - Хлоя думает - "камни, а им столько тысяч лет",
Это место древней, чем ее Нью-Йорк, и, возможно, древнее Рима.
Столько войн, столько гроз прогремело вдали, на большой земле,
Здесь же - небо, остатки фресок, серые ящерицы под ними.

Сколько тысяч лет - сколько вышло бы сотен таких вот Хлой?
Жил тут какой-нибудь Аристид; что он думал, о чем мечтал он?
Хлоя садится, к щербатой колонне приваливается спиной,
Туфли скидывает и закрывает глаза устало.

Вот Аристид: он вышел из дома, умолкли цикады, и ночь тиха -
Твердою черной чашей накрыла земное блюдо.
Не родились еще Иисус, Моисей, Ахав,
Но есть Олимп, и на нем есть боги, внизу есть люди.

Аристид молчит, смотрит на гинекей, а потом туда, где
Грустные сестры-Плеяды тянут свой долгий танец,
Думает: верно, так смотрел мой дед, до него еще дедов дед,
Сколько нас таких было, глупых земных скитальцев.

Зевс-громовержец, скажи, чего ждать для моих внучат?
Сонный город вокруг - ощущенье покоя и странной власти.
Аристид снимает сандалии - земля еще горяча,
Падающих звезд что-то много: к войне ли, к счастью?

Вот Т'Синк, она - доктор, профессор, точнее, она - оно,
Очень сложно сказать точней про тех, кто похож на кузнечика и на птицу.
Доктору светит звезда, что погасла уже давно,
Но вот светит - какой парадокс, лучше, чем волна, которая вдобавок частица.

Доктор конструирует зонд, зонд-разведку, посланца в мир,
Где у странной сей расы пока что не видно разумных братьев,
В темный космос, где кажется - век, а проходит - миг,
Зонд будет мчаться, сигналы ловить и слать их.

Доктор не знает, конечно, что через много парсеков и много лет
Ее зонд, изящное творение крылорук, прошедшее сотню проверок,
Превратится в осколки, быстро несущиеся к Земле,
И сгорающие в атмосфере огненным фейерверком.

Время хищно кусает свой хвост, сворачивается в кольцо,
Все происходит одновременно, и это так, пусть поверить сложно,
Вот полковник стоит, ожидая расстрела, и камень - его лицо,
Вот его, еще в детстве, ведут посмотреть на лед, трогать можно, но осторожно.

Каждый из нас - душа, у которой есть тело, а не тело, у которого есть душа,
Каждое событие - винтик, заклепка и часть системы.
Мне восемь лет, и я сражаюсь шпагой из камыша,
Мне двадцать пять, и я сражаюсь примерно тем же.

Все происходит одновременно, сейчас, и всегда - сейчас, и идет герой,
И каждый шаг его отражается в сердце розы, в гранях кристалла.
Мне десять лет, я читаю Профессора, вижу дым над горой,
Мне двадцать восемь, и дыма меньше не стало.

И не то чтобы кто-то большой и могучий пришел, заявил, мол, да будет свет -
И с тех пор заверте... Нет, все было и будет вечно, и это - время.
Доктор Т'Синк спит и видит Хлою, сидящую на траве,
И камни вокруг нее, и серую ящерку на ее коленях.

IMAG1084