megumi_ikeda (megumi_ikeda) wrote,
megumi_ikeda
megumi_ikeda

Categories:

О дружбе

Понятие дружбы сейчас как-то не то чтобы обесценилось, но изрядно размылось, другом можно назвать и знакомого по семейным пикникам, и партнера по ежеутреннему small talk возле офисной кофемашины. И на этом фоне, конечно, все, написанное Нилом Гейманом о его друге и соавторе Терри Пратчетте - даже слегка ошеломляет эмоциональностью. И, конечно, очень трогает и восхищает. Наверное, если в твоей жизни оказался хотя бы один человек, который потом так о тебе напишет - то это уже того стоило.

"То был февраль девяносто первого, Терри и я были в автограф-турне и подписывали «Добрые знамения», книгу, которую мы написали вместе. Мы приехали в Сан-Франциско и только что оптом подписали пару десятков экземпляров в одном книжном магазине. Тут Терри посмотрел на наш маршрут: следующим пунктом была радиостанция, где нас ожидало часовое интервью в прямом эфире. Терри сказал: «Судя по адресу, тут буквально через дорогу. У нас ещё полчаса. Давай прогуляемся».
Это было ещё в те времена, когда не было ни GPS, ни мобильных телефонов с приложениями для вызова такси ни прочих полезных вещей, которые в один момент дали бы нам понять: нет, нет, радиостанция не через дорогу, до нее несколько миль, причем в гору и через парк.
По дороге мы звонили в студию (как только встречали очередной телефон-автомат) и каялись. Мы понимаем, что мы уже опоздали на прямой эфир, но клянемся чем угодно, что постараемся быть как можно скорее.
По дороге я пытался сказать что-то ободряющее. Терри молчал, но его молчание давало понять, что все мои слова только усугубляют положение. За все то время, что мы шли, я ни разу не заикнулся о том, что, вызови мы такси из книжного магазина, всего этого не случилось бы. Есть нечто, чего нельзя говорить вслух. Скажешь – и дружбе конец. Это была одна из таких вещей.
Наконец, мы добрались до студии (она была на вершине холма, и до неё было далеко отовсюду). Наше интервью было рассчитано на час, а мы опоздали на 40 минут, пришли потные и запыхавшиеся, а тут как раз транслировали экстренный выпуск новостей. В местном «Макдональдсе» какой-то маньяк устроил стрельбу по людям. Не совсем тот фон, который вам нужен, чтобы начать говорить про веселую книгу о конце света, где мы все умрём.
Помимо прочего, вся студия (небезосновательно) наточила на нас зуб: непросто импровизировать, когда опаздывают гости. Те 15 минут, что нам остались, не были образцом хорошего настроения. (Потом мне рассказали, что эта станция из Сан-Франциско записала меня и Терри в черный список на несколько лет вперёд: радио не забывает и не прощает тех, из-за кого ведущий 40 минут подряд вынужден мямлить что-то невнятное.)
Минутная стрелка описала круг, и все закончилось. Мы отправились обратно в отель – на сей раз на такси. Терри молчал и дымился от ярости, но, в основном, он был зол на себя (думаю я), а также на весь мир, который не удосужился сказать ему, что студия была несколько дальше, чем казалось из нашего маршрута. Бледный от злости, он сидел рядом со мной на заднем сидении: заряд негодования, готовый выстрелить в любую сторону. Чтобы как-то успокоить его, я сказал что-то, скорее всего, вроде «да ладно, ведь все получилось, и это же не конец света, и пора уже перестать злиться».
Терри посмотрел на меня: «Не смей недооценивать эту злость. На ней стоят все наши “Добрые знамения”». Я подумал о том, с какой энергией работал Терри, о том, как он заставлял работать всех нас, и понял: он прав.
Терри Пратчетт – исполненный ярости писатель: это чувство породило «Плоский мир». Чувство к воспитателю, который решил, что шестилетнему Терри не светит сдать экзамен и поступить в школу. Чувство к напыщенным критикам. Ко всем тем, кто считает, что серьезность есть антоним смешного. К первым американским издателям, которые не смогли дать ход его книгам.
Ярость не знает покоя, она словно топливо для мотора. Когда Терри узнал, что страдает от редкой, приходящей в раннем возрасте формы болезни Альцгеймера, сменились объекты его негодования: теперь ими стали его мозг, его гены и, самое главное, государство, не позволяющее ему (и всем прочим, находящимся в таком же нестерпимом состоянии) выбрать способ уйти из жизни.
Мне думается, что ярость лежит в основе того, как Терри понимал, что справедливо, а что – нет. Его работа и произведения основаны на справедливости; это же чувство вело его со школьной скамьи в журналистику, затем в пресс-службу Юго-западной электрической компании, ну а потом – в круг наиболее почитаемых и успешных писателей всего мира.
Он пишет о чем-то совершенно другом, но Справедливость заставляет его вспомнить о тех, кто оказал на него влияние: к примеру, Алан Корен, основоположник техники лаконичного юмора, к которой Терри и я так часто обращаемся; или же огромный, невероятный «Словарь пустословия и выдумок» и его составитель, Э. Кобэм Брюэр, непредсказуемейший из писателей. Когда-то Терри написал предисловие к книге Брюэра, и оно весьма повеселило меня: мы звонили друг другу и хвастались, что нашли доселе не известную нам его книгу («Алло! А у тебя уже есть брюэровский «Словарь чудес: подражания, реалии и догматика»?)
В книгах Терри всегда присутствует его личность и ее настроение: доброе, уравновешенное, немного смешливое. Если читать его вещи быстро, не обращая внимания, то может показаться, что сам автор весьма мил; но копни глубже, и наткнешься на фундамент ярости. Терри Пратчетт не из тех, кому можно пожелать покоиться, с миром или без.
Ибо он будет негодовать, покидая нас, потому что есть глупость, несправедливость, человеческий идиотизм и недальновидность, а не просто угасание света. И рука об руку с его яростью, подобно тому, как в закат уходят ангел и демон, будет идти любовь, любовь ко всем тварям человечьим во всем их несовершенстве, любовь к сокровенным вещам, любовь к историям, и, превыше всего, любовь к человеческому достоинству".
Честно потырено отсюда - https://goodomens.diary.ru/p203218165.htm

А здесь - прекрасно и грустно о том, как Пратчетт "присутствовал" на съемках фильма по своей книге - https://www.colta.ru/articles/media/21597-apokalipsis-ne-segodnya

А картинку я сперла с пинтереста и автора не знаю.


Tags: ЖЗЛ, вдохновляет, окололитературное
Subscribe

  • (no subject)

    - Мне понравилась фраза: "Когда Бог устает воспитывать мужчину, Он посылает ему женщину"... - Ага, в наказание. Типа высшая мера. - ... Осталось…

  • Лисистое)

    У w_postoronnim увидела чудное напоминание о самом чудесной кинематографической ксенофауне последних лет. Самое красивое в последних ЗВ -…

  • Рязанское

    Помимо гостиницы, ухитрявшейся объединить в своих интерьерах начало XX века (старорежимно-толстые стены, обои в модерновый рисуночек и лепнина),…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 14 comments

  • (no subject)

    - Мне понравилась фраза: "Когда Бог устает воспитывать мужчину, Он посылает ему женщину"... - Ага, в наказание. Типа высшая мера. - ... Осталось…

  • Лисистое)

    У w_postoronnim увидела чудное напоминание о самом чудесной кинематографической ксенофауне последних лет. Самое красивое в последних ЗВ -…

  • Рязанское

    Помимо гостиницы, ухитрявшейся объединить в своих интерьерах начало XX века (старорежимно-толстые стены, обои в модерновый рисуночек и лепнина),…