August 31st, 2016

archer

(no subject)

Последние дни лета хрупкие и блестящие, как пластинка сусального золота. Пахнут яблоками - сладковатый и щемящий дух падалицы. И груши. Много груш. Желтые, сочные, с сахаристыми трещинами от падения с дерева. Я варю грушевый компот - и крошечная кухня пропитывается тягучим приторным ароматом позднего лета, привлекая ошалевших последних ос.

В "Шоколаднице" за соседним столиком задумчиво ковыряет сырник викинг. Натуральный викинг, со светлой небольшой бородкой и русыми волосами, стянутыми в длинный хвост. Явно по рассеянности он облачился сегодня в совершенно не подобающие ему потертые джинсы и рубашку-поло. Зато огромный двуручник, небрежно прислоненный к соседнему стулу - вполне соответствует.

В полупустом - в середине дня - книжном магазине мальчик-кассир флиртует с покупательницей, своими словами пересказывая ей книгу Хокинга, которую она держит в руках. Во всяком случае, сопоставляя доносящиеся до меня обрывки фраз и обложку, полагаю, что это Хокинг.

Чуть было не обзавелась собакой (и кто бы знал, до чего меня огорчает это "чуть"!). Худой зонарно-серый овчароид, два дня назад я видела его сопровождающим - как полагается, слева и на подобающей воспитанной собаке дистанции - компанию тинейджерок. Подумала, что это их пес. Ан нет, сегодня он гулял во дворе в совершенном одиночестве и на мое: "Это кто ж это у нас тут такой хороший?" немедленно подбежал, сунулся мордой в руки, прихватил зубами ладонь, подставил для почесывания башку и всячески демонстрировал, что да, это он - хороший и готов сопровождать меня, куда изволю. И сопроводил до метро - точно так же держась у левой ноги. Жалко. Остается только загадывать, что как только появится свой угол под крышей и возможность заботиться о звере - поеду в приют за очередным хвостатым жильцом. Потому что ну сколько можно уже.

А читаю я сейчас "Повесть о жизни" Паустовского - и всем, кто, подобно мне, пропустил этого автора именно потому что он был "по программе" - очень рекомендую наверстать упущенное. Потому что помимо яркого, живописного языка и совершенно левитановского умения изобразить природу, день, ночь, росу на траве и туман по реке, это еще и эпичное отображение смутных лет России и правдивая портретная галерея людей на сломе истории. Захватывает, и каждое слово - просто мед и амброзия для книгогурмана.